Неточные совпадения
— Да-да-да! Не беспокойтесь! Время терпит, время терпит-с, — бормотал Порфирий Петрович, похаживая взад и вперед около стола, но как-то без всякой цели, как бы кидаясь то к окну, то к бюро, то опять к столу, то избегая подозрительного взгляда Раскольникова, то вдруг сам останавливаясь на месте и глядя на него прямо в упор. Чрезвычайно странною казалась при этом его маленькая, толстенькая и круглая фигурка, как будто мячик, катавшийся в
разные стороны и тотчас отскакивавший от всех стен и
углов.
Ночь еще только что обняла небо, но Бульба всегда ложился рано. Он развалился на ковре, накрылся бараньим тулупом, потому что ночной воздух был довольно свеж и потому что Бульба любил укрыться потеплее, когда был дома. Он вскоре захрапел, и за ним последовал весь двор; все, что ни лежало в
разных его
углах, захрапело и запело; прежде всего заснул сторож, потому что более всех напился для приезда паничей.
Здесь же нашла место и высокая конторка, какая была у отца Андрея, замшевые перчатки; висел в
углу и клеенчатый плащ около шкафа с минералами, раковинами, чучелами птиц, с образцами
разных глин, товаров и прочего. Среди всего, на почетном месте, блистал, в золоте с инкрустацией, флигель Эрара. [То есть фортепиано французского мастера музыкальных инструментов Эрара.]
Двор величиной был с комнату, так что коляска стукнула дышлом в
угол и распугала кучу кур, которые с кудахтаньем бросились стремительно, иные даже в лёт, в
разные стороны; да большая черная собака начала рваться на цепи направо и налево, с отчаянным лаем, стараясь достать за морды лошадей.
— Как откуда? Из
разных щелей и
углов наползают…
— Это ты что у меня тут все будоражишь по-своему — а? — грозно спросил он. — Я нарочно сложил все в один
угол, чтоб под рукой было, а ты разбросала все по
разным местам?
Мы вошли в дом. Молодой малый, в длинном кафтане из синего толстого сукна, встретил нас на крыльце. Радилов тотчас приказал ему поднести водки Ермолаю; мой охотник почтительно поклонился спине великодушного дателя. Из передней, заклеенной
разными пестрыми картинами, завешенной клетками, вошли мы в небольшую комнатку — кабинет Радилова. Я снял свои охотничьи доспехи, поставил ружье в
угол; малый в длиннополом сюртуке хлопотливо обчистил меня.
В свою очередь, раздевальщики, тоже не получавшие хозяйского жалованья, должны были платить «кусочникам» из своих чаевых
разные оклады, в зависимости от обслуживаемых раздевальщиком диванов,
углов, простенков, кабинок.
Сразу узнал его — мы десятки раз встречались на
разных торжествах и, между прочим, на бегах и скачках, где он нередко бывал, всегда во время антрактов скрываясь где-нибудь в дальнем
углу, ибо, как он говорил: «Не подобает бывать духовной особе на конском ристалище, начальство увидит, а я до коней любитель!»
Внутри избы были 2 комнаты. В одной из них находились большая русская печь и около нее
разные полки с посудой, закрытые занавесками, и начищенный медный рукомойник. Вдоль стен стояли 2 длинные скамьи; в
углу деревянный стол, покрытый белой скатертью, а над столом божница со старинными образами, изображающими святых с большими головами, темными лицами и тонкими длинными руками.
О качествах сахалинского
угля писали в
разное время командиры судов сибирской флотилии в своих рапортах, которые печатались в «Морском сборнике».
Стоял в ней столярный станок, возле него с одной стороны стол со слесарными снарядами, с другой — столярный верстак; в
углу, у окна кожей обитый полок для чинки и сборки часов, к печи приставлен небольшой горн с раздувальным мехом для плавки, литья, паянья и для полуды; у другого окна стоят на свету два пристолья для резьбы и золоченья, а по полкам расставлены заготовленные иконы и
разная утварь, дожидавшая очереди для починки или переделки.
И казначей отец Михей повел гостей по расчищенной между сугробами, гладкой, широкой, усыпанной красным песком дорожке, меж тем как отец гостиник с повозками и работниками отправился на стоявший отдельно в
углу монастыря большой, ставленный на высоких подклетах гостиный дом для богомольцев и приезжавших в скит по
разным делам.
Этим путем я знакомился с
разными местностями России, попадал в захолустные
углы и бойкие места Нижегородской, Тамбовской, Рязанской губерний, а на восток от Нижнего до Казани по Волге зимой и на пароходах.
Чухонка и тут не произнесла даже ни малейшего звука, но в тот же день вошла в сообщение с жившим по той же черной лестнице, где-то в
углу внизу, отставным мичманом Осетровым, занимавшимся хождением по
разного рода делам и, разумеется, возбуждением подобного рода дел в судах, из борьбы за существование.
Вы подходите к пристани — особенный запах каменного
угля, навоза, сырости и говядины поражает вас; тысячи разнородных предметов — дрова, мясо, туры, мука, железо и т. п. — кучей лежат около пристани; солдаты
разных полков, с мешками и ружьями, без мешков и без ружей, толпятся тут, курят, бранятся, перетаскивают тяжести на пароход, который, дымясь, стоит около помоста; вольные ялики, наполненные всякого рода народом — солдатами, моряками, купцами, женщинами — причаливают и отчаливают от пристани.
А он-то, в
углу сидя,
разные роли разыгрывает, дикие взгляды бросает, отчаянным прикидывается.
Петровского, как только он вышел на улицу, встретил молодой человек, которому коллежский советник отдал свой бумажник с номинациею и другими бумагами. Тут же они обменялись несколькими словами и пошли в
разные стороны. У первого
угла Петровский взял извозчика и велел ехать в немецкий клуб.
По мере того как танцевальный вечер приходил к концу, в столовой становилось еще шумнее. Воздух так был наполнен табачным дымом, что сидящие на
разных концах стола едва могли разглядеть друг друга. В одном
углу пели, у окна, собравшись кучкой, рассказывали непристойные анекдоты, служившие обычной приправой всех ужинов и обедов.
Все убранство в нем хоть было довольно небогатое, но прочное, чисто содержимое и явно носящее на себе аптекарский характер: в нескольких витринах пестрели искусно высушенные растения
разных стран и по преимуществу те, которые употреблялись для лекарств; на окнах лежали стеклянные трубочки и стояла лампа Берцелиуса [Лампа Берцелиуса — спиртовая лампа с двойным током воздуха.], а также виднелись паяльная трубка и четвероугольный кусок
угля, предназначенные, вероятно, для сухого анализа, наконец, тут же валялась фарфоровая воронка с воткнутою в нее пропускною бумагою; сверх того, на одном покойном кресле лежал кот с полузакрытыми, гноящимися глазами.
Другой небольшой столик, старинного красного дерева комод с откидной крышкой, или, лучше сказать, с конторкой и десятка два
разной величины образов, в серебряных вызолоченных ризах и без риз, с теплившейся перед ними висячей лампадкой в
углу, да несколько кресел, довершали все убранство спальни.
Спальня эта была довольно большой комнатой, помещавшейся в глубине дома, невдалеке от спальни отца и матери, с двумя окнами, выходившими в сад, завешанными белыми шторами. Сальная свеча, стоявшая на комоде, полуосвещала ее, оставляя темными
углы. Обставлена она была массивною мебелью в белоснежных чехлах, такая же белоснежная кровать стояла у одной из стен, небольшой письменный стол и этажерка с книгами и
разными безделушками — подарками баловника-отца, довершали ее убранство.
Далее затем следовало зало с расписными стенами, на которых изображены были беседки, сады,
разные гуляющие дамы, к большей части которых арестанты приделали
углем усы.
— Да ведь нельзя и сравнивать Пеньковку с мочеганскими концами! — взмолился Мухин. — Пеньковка — это
разный заводский сброд, который даже своего
угла не имеет, а туляки — исконные пахари… Если я чего боюсь, то разве того, что молодежь не выдержит тяжелой крестьянской работы и переселенцы вернутся назад. Другими словами, получится целый разряд вконец разоренных рабочих.
Прибавьте ко всему, мною сказанному, что, подозрив издалека нечто белое, подходишь с сомнением, высматриваешь; то убеждаешься, что это заяц, то покажется, что совсем не заяц, а какая-то белая кость; иногда вся белизна пропадет из глаз, потому что на ходу
угол зрения охотника, заслоняемый и пересекаемый
разными предметами, изменяется беспрестанно; наконец, уверившись совершенно, что это заяц, очень редко будешь иметь терпение подойти к нему близко; все кажется, что как-нибудь зашумишь, испугаешь зайца, что он сейчас вскочит и уйдет, и охотник, особенно горячий, всегда выстрелит на дальную меру…
Маслобоев как-то, видимо, старался не смотреть на них. Но только что мы вошли в первую комнату, через которую, по всей длине ее, тянулся довольно опрятный прилавок, весь уставленный закусками, подовыми пирогами, расстегаями и графинами с настойками
разных цветов, как Маслобоев быстро отвел меня в
угол и сказал...
Вылупился, знаете, во всю мочь, и вижу, будто на меня из-за всех
углов темных
разные мерзкие рожи на ножках смотрят, и дорогу мне перебегают, и на перекрестках стоят, ждут и говорят: «Убьем его и возьмем сокровище».
«Видно, что доброму другу моему, Матрене Михеевне, судьба получать от меня послания из
разных темных
углов России.
Обстановка внутренности избушки внушала благоговейный страх, особенно простым людям. Толстые книги в кожаных переплетах
разных размеров, склянки с
разными снадобьями, пучки засохших трав, несколько человеческих черепов и, наконец, стоявший в одном
углу полный человеческий скелет — все это производило на посетителей сильное впечатление.
Потом отошёл в
угол, к шкафчику, наклонился, а на столе —
разные вещи и, между прочим, бумажник.
Они ехали в отдельном купе. Обоим было грустно и неловко. Она сидела в
углу, не снимая шляпы, и делала вид, что дремлет, а он лежал против нее на диване, и его беспокоили
разные мысли: об отце, об «особе», о том, понравится ли Юлии его московская квартира. И, поглядывая на жену, которая не любила его, он думал уныло: «Зачем это произошло?»
По всем
углам торчали фарфоровые пастушки, столовые часы работы славного Leroy, [Леруа (фр.) — знаменитый французский часовщик.] коробочки, рулетки, веера и
разные дамские игрушки, изобретенные в конце минувшего столетия вместе с Монгольфьеровым шаром и Месмеровым магнетизмом.
Нехлюдов вошел в избу. Неровные, закопченные стены в черном
углу были увешаны
разным тряпьем и платьем, а в красном буквально покрыты красноватыми тараканами, собравшимися около образов и лавки. В середине этой черной, смрадной, шестиаршинной избёнки, в потолке была большая щель, и несмотря на то, что в двух местах стояли подпорки, потолок так погнулся, что, казалось, с минуты на минуту угрожал разрушением.
В большой комнате, которую мы для себя заняли, Борис Савельич тотчас же ориентировал нас к
углу, где была тепло, даже жарко натопленная печка. Он усадил меня на лежанку, матушку на диван и беспрестанно прибегал и убегал с
разными узлами, делая в это время отрывочные замечания то самому дворнику, то его кухарке, — замечания, состоявшие в том, что не вовремя они взялись переделывать печки в упокоях, что темно у них в сенях, что вообще он усматривает у них в хозяйстве большие нестроения.
Воздух был заражен
разными неприятными испарениями и запахом лекарств, несмотря на то, что почти весь день в
углу топилась печка.
Оставя политические заблуждения Герцена, где он вышел из роли нормального героя, из роли Чацкого, этого с головы до ног русского человека, — вспомним его стрелы, бросаемые в
разные темные, отдаленные
углы России, где они находили виноватого. В его сарказмах слышится эхо грибоедовского смеха и бесконечное развитие острот Чацкого.
Роль этого добродушного человека, в сущности, сводилась к тому, что он, как некоторые механические приспособления, собственной особой устранял и смягчал
разные неизбежные житейские столкновения,
углы и диссонансы.
Место под завод было выбрано самое глухое, настоящий медвежий
угол: горы, болота, леса; до официального основания заводского действия здесь, с
разным лесным зверьем, хоронились одни раскольники, уходившие в уральскую глушь от петровских новшеств.
Во время рекреаций Гульч рассказывал о
разных неразрешимых математических задачах, за разрешение которых там или сям установлены премии. Так говорил он о миллионной премии, назначенной англичанами, за деление геометрическим путем
угла на три части.
Последнее было кресло дешевое, простой базарной работы и могло стоять только будучи приставленным в
угол, ибо все его ножки давным-давно шатались и расползались в
разные стороны.
В трех
углах по стулу
разного фасона: один соломенный, другой обитый чем-то, третий, кажется, без спинки.
Фасад с галерейками закрывал от взгляда тех, кто шел или ехал по мосту, бок мельницы, где действовал водяной привод. Справа, из-за
угла здания, виднелись сажени березовых дров, старое кулье, вороха рогож,
разная хозяйственная рухлядь.
В самом же деле это были каракульки на
разных языках, начертанные
углем или гвоздем.
Если собрать обвинения, беспрерывно слышимые, когда речь идет о науке, т. е. о истине, раскрывающейся в правильном организме, то можно, употребляя известное средство астрономии для получения истинного места светила, наблюдаемого с
разных точек, т. е. вычитая противоположные
углы (теория параллаксов), вывести справедливое заключение.
— Мерзавцы! — кричал Саша, ругая начальство. — Им дают миллионы, они бросают нам гроши, а сотни тысяч тратят на бабёнок да
разных бар, которые будто бы работают в обществе. Революции делает не общество, не барство — это надо знать, идиоты, революция растёт внизу, в земле, в народе. Дайте мне пять миллионов — через один месяц я вам подниму революцию на улицы, я вытащу её из тёмных
углов на свет…
Тёмные стены
разной высоты окружали двор, над ним медленно плыли тучи, на стенах разбросанно и тускло светились квадраты окон. В
углу на невысоком крыльце стоял Саша в пальто, застёгнутом на все пуговицы, с поднятым воротником, в сдвинутой на затылок шапке. Над его головой покачивался маленький фонарь, дрожал и коптил робкий огонь, как бы стараясь скорее догореть. За спиной Саши чернела дверь, несколько тёмных людей сидели на ступенях крыльца у ног его, а один, высокий и серый, стоял в двери.
По стенам светлицы были лавки, а в переднем
углу стоял вымытый и выскобленный стол, в заднем, на двух столбах, стояло корыто, над которым находились полки с
разной посудой.
По стенам были лавки и перед ними стол длинный, покрытый ковром и сверх скатертью длинною, вышитою по краям в длину и на
углах красною бумагою
разными произвольными отличными узорами.
Я почувствовал, что кровь бросилась мне в голову. В том
углу, где я стоял в это время спиною к стене, был навален
разный хлам: холсты, кисти, сломанный мольберт. Тут же стояла палка с острым железным наконечником, к которой во время летних работ привинчивается большой зонт. Случайно я взял в руки это копье, и когда Бессонов сказал мне свое «не позволю», я со всего размаха вонзил острие в пол. Четырехгранное железо ушло в доски на вершок.
По левую сторону рекреационной залы тянулись окна, полузаделанные решетками, а по правую стеклянные двери, ведущие в классы; простенки между дверьми и окнами были заняты раскрашенными картинами из отечественной истории и рисунками
разных зверей, а в дальнем
углу лампада теплилась перед огромным образом св.